Н.А.Бернштейн
Но справа ни исчерпывается только одной этой логичной ошибкой. Попытка объяснить иерархию деятельности через иерархию залежавшихся в ее основе регуляционных механизмов вступает в противоречие с ходом развития регуляционных механизмов и поведения в фи-
(2 Т-О-Т-Е - система “test-operation-test-exit” (”пробо-операция-пробо-итог”), предложенная Д.Миллером, Ю.Галантером и К.Прибрамом в качества единицы анализа поведения.)
логенезе, поскольку поведение стола опережает в филогенезе формирование этих механизмов. Да, например, Н.А.Бернштейн, анализируя филогенез движений, обрисовывает те отношения, которые складываются во время филогенеза промеж центральными замыкательными системами и эффекторикой. Усердно прослеживая эволюцию движения, он показывает, что историческо центральные замыкательные системы служили “подсобными для подсобных” и управляющая роль досталась им сравнительнэд недавно. В эволюции организм, вынужденный стола*: решат все новые классы задач, которые возникают в изменчивой среде, развивает свою эффекторику, и когда старик уровень управления оказывается ни в силках справить-т ся с эволюционирующим эффекторным аппаратом,” отбывается качественный скачок, рождается новый уро-? вень управления движениями (Бернштейн, 1947). Таким образом, в филогенезе мы видим что-то противоположное тому, что предлагают Д.Миллер, Ю.Галантер и К.Прибрам: ни иерархии которые регулируют механизмов задает иерархию деятельности, а, напротив, в филогенезе дея-. тельность “строит для себя” иерархический аппарат уп-* равления. Тут мы должны обмолвиться в избежание возможных недоразумений. При исследовании вопроса о отношениях промеж деятельностью и установкой всегда необходимо выразительно отличать два аспекта рассмотрения: генетический и функциональный. Сказанное повыше целиком и целиком относиться к генетического аспекта рассмотрения, но отсюда ни в коем случае ни вытекает, что и в функциональном аспекте наблюдается аналогичная картина взаимоотношений промеж установкой и деятельностью. Напротив, в функциональном аспекте установка, которая сформировалась в предыдущей деятельности, может известия деятельность и определят ее устойчивость.
Вторая попытка преодоления парадокса принадлежит Ш.Н.Чхартишвили. Для решения с яки создался в теории установки тяжелого положения он обращается к теории отображения. Когда рассмотреть живого существо только как вещь, как физический предмет, то оно, как и любой физический предмет, отображает воздействия с внешней среды. В виде физического отображения, свойственного всем уровням организации материи, во установку и входить объективный фактор - ситуация удовлетворения востребования, - побросая след в организме наряду с другими физическими воздействиями. При появлении в организме востребования он становится чувствительным именно по отношению к тех физических воздействий, какие связанные с этим востребованием. “Когда в динамичное состояние живого существа, созданное определенным востребованием, попадает физическое отображение того предмета или той ситуации, которые могут удовлетворить это востребование, то тогда оно, да сказать, “оживает”, утрачивает характер простого физического отображения и вместе с востребованием переходить в состояние установки, восходить, возвышается к установочного состояния” (Чхартишвшги, 1971, з. 147). Ш.Н.Чхартишвили приходить к вывода, что материальным базисам установочного отображения везде и везде является физическое отображение и, таким образом, нет нужды для допущения которого бы то ни было восприятия, который предшествовал возникновению установки. Положение о тех, что в основе установочного отображения лежит физическое отображение, представляется правильным, но… и оно ни даст решения с парадоксальной ситуации, поскольку физическое отображение в снятом виде удерживается во всех уровнях отображения. Бесспорно, что оно является, в том числе, и базисам установочного отображения. Однако с этого бесспорного положения никак ни стоит, что показанная повыше особенность установочного отображения по отношению к физического есть особенность, специфичная именно для установочного отображения.
И, наконец, третья попытка решения с очарованного круга взаимоотношений промеж восприятием и установкой. Ее автор - Д.Н.Узнадзе. Для того чтобы выйти с парадоксальной ситуации, Д.Н.Узнадзе вводить трети фактор возникновения первичной установки, помимо двух основных: востребования и ситуации удовлетворения востребования. “Мы должны признать, - пишет Д.Н.Узнадзе, - что в случаях актуальности которой-нибудь востребования и наличия объекта как условия ее удовлетворения субъект в первую очередь, должен заметить, должен “воспринять этот объект, чтобы затем, получив установку, быть в состоянии обратиться к которые соответствуют октав деятельности, рассчитанной на удовлетворение востребования. Словам, получается, что “восприятие” объектов, касательных поведения, возникает раньше, чем установка на это поведение” (Узнадзе, 1961, з.172). Таким образом, третьим факторам возникновения первичной установки является “специальное восприятие”, которое Д.Н.Узнадзе, чтобы отличить его от восприятия, направляемого установкой, называет примечанием. По мнению Д.Н.Узнадзе, существуют три ступеньки развития восприятия: ступенька примечания, ступенька восприятия и ступенька объективации, свойственная исключительно человеку. Ступенька примечания - самая примитивная ступенька восприятия, представляющая по своему удержанию раздражение ни субъекта как целого, а только его чувственных органов. Но вопрос в данном случае ни столько в тем, что наверное Д.Н.Узнадзе понимал под “примечанием”. Суть дела прежде всего складывается в тем, что возникновению первичной установки всегда должно предшествовать какая-то, пусть самая примитивная, но работа - произнося словами А.Н.Леонтьева, работа всегда должно быть (1965, з.29).
Таким образом, Д.Н.Узнадзе находить решение с которой создалась парадоксального положения в отношениях промеж установкой и восприятием. Он допускает существование некоторой предыдущей активности, некоторой работы, предыдущей возникновению первичной установки. Похожее допущение, введенное Д.Н.Узнадзе, мои принципиальная значимость, поскольку доказывает, что сам создатель теории установки ни исключал возможности существования активности, которая предшествовала возникновению первичной установки.