Н.Ах
Таким образом, в своих экспериментах Н.Ах спихнулся с фактом перехода целевой установки на уровень операциональных установок, возникшего после многократных выполнений предложенного испытуемом задании.
Тот факт, что операциональная установка приводить к возникновения ошибок и приобретает известную самостоятельность от цели действия и целевой установки, может привести к мнения, что операциональные установки вообще ни зависеть от установок других уровней. Именно такого мнения придерживается А.З.Прангишви-ли, рассматривая вопрос о взаимоотношениях инструкции и фиксированной установки. Анализируя образование фиксированной установки в экспериментах, проведенных методам “фиксации установки”, А.З.Прангишвили (1967) специально подчеркивает, что установка создается в их целиком независимо от словесной инструкции. Такое утверждение основывается, как нам сдается, на нескольких особенностях фиксированной установки, какие мы теперь разберем. Во-первых, в любом исполняемом методом фиксированной установки эксперименте окончательный итог, к которого приходить испытуемый, определяется фиксированной операциональной установкой, а ни непосредственно целевой установкой. В особенности выразительно определяющее влияние установок “фонового” уровня на окончательный итог выявилась в исследованиях З.И.Ходжавы. В его исследованиях посредством метода “чтения нейтрального шрифта” изучались установки на качественное отношение (Ходжава, 1960). Сначала испытуемых просили читать бессмысленные слова, написанные на латинском языке. При этом в испытуемых вырабатывалась установка на чтение латинского шрифта. Затем испытуемым предъявлялся текст, написанный нейтральным шрифтам на русском языке, т.е. написанный буквами, конфи-гурация каких одинаковая как в кириллицы, да и в латинском шрифте. В результате ассимилятивного действия’ фиксированной установки испытуемые прочитали русский текст как текст, составленный с бессмысленных латинских слов. Например, они прочитывали вместо “почва” - “норба”. Специальный интерес для нас представляет серия с да называемой “определенной” инструкцией, в какой испытуемого просят попробовать прочитать слова на определенном языке и сознательно избежать ошибки. Несмотря на наличие такой твердой инструкции и соответственно осознанного намерения прочитать слова на котором-нибудь одним языку, испытуемый ни может освободиться от ассимилирующего действия раньше выработанной установки и читает нейтральный текст на латинском языке. В экспериментах З.И.Ходжавы выявилась важная особенность установок - их наполненность предметным удержанием. В их тоже установленный тот факт, что операциональные установки, приобретя самостоятельную силу, могут выходить с подчинения целевой установке и препятствовать достижению осознаваемой цели, стоячей перед субъектом. Опираясь на похожие факты, А.З.П-рангишвили, по-видимому, и делает вывод о независимости установки от вербальной инструкции.
К такого вывода А.З.Прангишвили могло привести и то, что фиксированная установка в совете случаев вырабатывается даже тогда, когда испытуемо специально дается инструкция, уводящая в сторону от непосредственной пометки величины и веса установочных объектов. Да, в исследования Л.А.Венгера испытуемых просили сравнить и эстетично оценить рисунки этикеток на папиросных коробках. Затем им многократно предъявлялись в руки две коробки с разным грузом. Очутилась, что в большинства испытуемых, несмотря на отсутствие прямой инструкции на пометку веса, образовалась установка на различие поднимаемых тяжестей. Но или стоит отсюда вывод, что инструкция вообще ни вплывает на образование установки? Ни. “Правильнее было бы сказать, - пишет А.В.Запорожец, - что она сложилась под влиянием второстепенных побочных условий поставленной задачи, ни которых нашли отображения в что дается экспериментатором инструкции” (Запорожец, 1960, з.345). Еще с большим основанием относиться это предположение А.В.Запорожца к тех экспериментов, где круг условий задачи прямо определяется инструкцией. Таким образом, в экспериментах, проведенных методам фиксации установки, операциональная установка зависит от целевой установки. Промеж целевой и операциональной установками существует двустороннее взаимодействие: целевая установка определяет общую устойчивость действия и тем самым прямо или косвенно определяет круг условий, на которые вырабатываются операциональные установки; операциональные установки лежать в основе разных способов осуществления действия и оказывают влияние, подчас искажающее, на окончательный итог действия. Существуют случаи преобразования операциональных установок в целевые, которые возникают при сдвиге условия на цель (”целеобразование снизу”). Вспомним молодожена человека, который, торопясь на свидание с девушкой, никак ни может надеть ботинок. Условие, которое привело к задержки реализации операциональной установки, превращается в результате объективации в цель действия, и соответственно изменяется установка на это условие. Она превращается с операциональной в целевую установку и начинает стабилизировать направленность действия.
Таким образом, промеж установками разных уровней складываются определенные взаимоотношения. Установки одного уровня могут переходить на другой уровень в том случае, когда изменяется место вызывающего их объективного содержательного фактора в структуры деятельности. Смысловые установки принимают участие в выборы целей действия и тем самым во возникновения целевых установок. Яны тоже исполняют функцию фильтрации по отношению к операциональным установкам. В свою очередь, цель действия и целевые установки “фокусируют” установки как смыслового, да и операционального уровней. Операциональные установки могут приобрести известную самостоятельность от цели и целевой установки, но никогда ни выступают в полной независимости от установок вышележащих уровней.