Факты
Факты, которые могут быть отнесенные к фактов проявления целевой установки, были впервые получившиеся независимо от свободы и желания исследователей при изученищ скорости прохождения психических процессов и запоминав ния. Уже отмечалась, что последователи В.Вундта, которые занимаются исследованием времени реакции, наткнулись на факты, что поощрили их выделить два типа установок - сенсорную и моторную, - обусловливающих разное время реакции. При обсуждении возможных причин различия времени сенсорной и моторной реакции в тен” остался вопрос о влиянии на скорость реагирования инструкции, которая и обусловливает возникновение разных форм установки. Суть этой дискуссии, которая продолжается и в XX в. в русла необихевиоризма, может быть выявленная в форме вопроса: что прячется за подготовительным периодом - ожидание (предвидение сигнала) или намерение (предвидение ответа)? (см. о этом Gibson, 1941; Davis, 1946). Одна с причин этой дискуссии - это игнорирование в исследования влияния инструкции на скорость и характер прохождения психических процессов. Обрисовывая которое создалась в XIX столетия положения на примере исследования времени реакции, Л.З.Выготский отмечал, что экспериментатор посредством инструкций создавал разные установки, а “…затем наивно считал, что процесс протекает целиком так же, как когда бы он восстал сам собой, без инструкции. Это ни с чем ни сравнительного своеобразия психологического эксперимента ни учитывалась совсем” (Выготский, 1960, з.77). В неменьшей степени пренебрежительное отношение к влияния предвосхищаемого окончательного итога на направленность поведения господствовала в физиологии. Незамеченным оставался тот факт, что “…механизмы интересные исследователю-физиологу, в то время как животному организму интересные только итоги” (Анохин, 1969, з.201). Теперь может сдаться беспрецедентном и удивительном, что вопросе о влиянии инструкции и вызываемой ею установки на психические процессы даже ни вставали перед исследователями, которые ищут причины разной скорости времени реакции, и только в 1893 г. О.Кюльпе выдвинул предположение, подчеркиваем, предположение, что реакции в экспериментах на время реакции разные в зависимости от подготовки испытуемого. Позднее это утверждение фактическо слово в слова было повторенное X. Ваттам: “Сенсорная и моторная реакции определяются ни характеров эксперимента, после какого она осуществилась, а характерам проводимой подготовки. Тут наблюдается различие того, что мы называем задачей [task-set - А.А.] и простой тенденцией к проигрывания” (Ватт, 1906, з.262 - цит. по Humphrey, 1963, з.68). Мысль О.Кюльпе, развитая затем Х.Ваттам, Н.Ахом и другими представителями Aufgabe-Psychologie, была открытием влияния задачи и вызываемой ею установки на психические процессы. С большим опозданием было воспринято это положение о влиянии установки, вызываемой инструкцией на психические процессы, в конфиденциальности на запоминание, представителями ассоциативной психологии. Сродни потому, как представители классической психофизики стремились исследовать “чистые ощущения”, исследователи памяти, и прежде всего Эббингауз, направляли свои усилия на поиск “чистых” законов памяти. Потому нет ничего удивительного в тем, что и в экспериментальных исследованиях памяти проявления целевой установки сначала либо ни учитывались, либо воспринимались как артефакты. Промеж тем, как это отмечает З.Л.Рубинштейн, “классический ассоциативный эксперимент Эббин-гауза и его продолжателей фактическо всегда опирался ни только на ассоциативные связи, но и на установки, хотя сами авторы ни отдавали себе отчеты в этом. Экспериментатор создавал эту установку, давая испытуемо инструкцию запомнить” (Рубинштейн, 1946, з.296). Факты проявления целевой установки в мнемических процессах, так же как и при исследованиях времени реакции, были выявленные случайно. В истории экспериментальной психологии уже пруд классическим случай, описанный П.Ро-дославовичем (1907). Суть этого случая складывается в тем, что один с испытуемых ничего ни запомнил с шеренги складов, предъявлявшихся ему 46 раз, только тому, что он ни знаний, что их надо запомнить. Когда же испытуемый понял инструкцию экспериментатора, он запомнил шеренгу складов после шестикратного предъявления. Позже факт влияния целевой установки на избирательность запоминания выявился в исследованиях Е.Меймана (1912) и Н.Рида (1918) (см. о этом Смирнов, 1945). В этих исследованиях испытуемых заранее предупреждали, что в следующем ем надо будет проигрывать только вторые составы каждой предъявляемой поры. Похожая инструкция привела к того, что испытуемые ни запоминали первые члены пар складов, т.е. инструкция вызвала неосознаваемую установку на запоминание только вторых членов каждой поры складов. Эти эксперименты похожие с описанными в предыдущем разделе экспериментами О.Кюль-пе, в которых выявился факт влияния целевой установки на избирательность восприятия. В похожего роды экспериментах о целевой установке судят только по окончательному эффекту, оказываемому ею на психические процессы. К такого же рода экспериментам относятся и работы Э.Брунсвика по константности восприятия, в которых показывается, что когда установка, вызываемая инструкцией, направленная на восприятие реальных характеристик объекта, то эти характеристики воспринимаются константно. Когда же она направленная на “проекционные” характеристики объекта, т.е. когда перед субъектом относиться цель воспринять “проекционную” величину или форму объекта, то восприятие менее константно (Brunswick, 1956). Все эти эксперименты “…подальше развили понятие установки и показали ее влияние на действия индивида, но они главным образом добавили к нашего знания о том, как она действует на индивида, чем к нашего понимания того, что это такое” (Vinacke, 1952 - цит. по Прангишвц-ли, 1967, з.ЗО).